«Просадка» — новое эссе Артура Хейса. Краткий пересказ

Наши «хозяева» хотят, чтобы мы торговали, реагируя на их манипуляции. Поэтому важно слушать не только то, что говорят, но и то, о чем умалчивают такие фигуры, как министр финансов США Скотт Бессент и глава Банка Японии Уэда Кадзуо.

Но прежде чем перейти к контексту, который приведет к запуску «денежного принтера», рассмотрим схему того, как ФРС будет печатать деньги, расширять баланс и вмешиваться в валютную пару USD/JPY и рынок JGB.

Чтобы понять приведенный выше механизм манипулирования валютным и долговым рынками, разберем его в действии:

1. Федеральный резервный банк (ФРБ) Нью-Йорка создает обязательство в виде банковских резервов (долларов) совместно с первичным дилером, например JP Morgan.
2. JP Morgan продает доллары и получает иены на валютном рынке от имени ФРБ Нью-Йорка. Иена укрепляется к доллару.
3. ФРБ Нью-Йорка может инвестировать полученные иены в подходящие активы, в том числе японские гособлигации, поэтому регулятор поручает JP Morgan купить JGB за иены для портфеля SOMA. Доходность облигаций снижается.
4. Статья баланса ФРС «Активы, номинированные в иностранной валюте» увеличивается за счет купленных JGB. Обязательства в виде банковских резервов растут на ту же величину. 

Проще говоря, Федрезерв напечатает доллары, чтобы купить японские облигации, тем самым снизив доходности в Японии, но в то же время ФРБ Нью-Йорка возьмет на себя валютный риск иены и процентный риск по JGB. Если валюта продолжит ослабевать или доходности облигаций вырастут (а цены упадут), ФРС получит нереализованные убытки.

Но зачем Федрезерву вообще проводить столь рисковые операции?

Японские власти потеряли контроль над длинным концом кривой доходности государственных облигаций. Вместе с ее ростом иена ослабла к доллару, чего быть не должно, если инвесторы уверены в способности правительства сохранять покупательную способность своей валюты и сдерживать дефицитное финансирование.

Слабая иена разгоняет инфляцию, поскольку Япония активно импортирует энергоресурсы. В то же время высокая доходность JGB делает заимствования правительства слишком дорогими. Наконец, падение цен облигаций приводит к масштабным нереализованным убыткам Банка Японии, поскольку он является их крупнейшим держателем.

Но почему президент США Дональд Трамп и министр финансов Скотт Бессент решили прийти на помощь? Дело в том, что Pax Americana финансирует себя через рынок казначейских облигаций, а японские частные инвесторы являются одними из крупнейших держателей этих бумаг. Объем зарубежных долговых активов Японии составляет около $2,4 трлн, и значительная часть этих средств вложена в госдолг Соединенных Штатов.

Если Япония сможет получать достаточный доход, инвестируя в JGB, она начнет продавать американские облигации и репатриировать средства. Настолько крупный и мотивированный продавец приведет к падению цен на государственные бумаги и росту их доходностей. А поскольку правительство США работает с крупнейшим дефицитом мирного времени в истории страны, расходы на его финансирование начнут расти экспоненциально.

Помимо высоких процентных расходов, ослабление иены к доллару может ухудшить глобальную экспортную конкурентоспособность американских производителей.

С начала цикла смягчения в сентябре 2024 года ФРС уже снизила ставку на 1,75%. Однако доходность десятилетних казначейских облигаций США не просто не рухнула, но даже немного выросла. Частично это связано с устойчивой инфляцией, частично — с проблемами спроса, поскольку из-за роста доходностей десятилетних JGB Япония все активнее инвестирует внутри страны, а не за рубежом.

Выше я показал наглядную схему, объясняющую, как ФРС может вмешиваться в ситуацию. Но на каком юридическом основании Федрезерв вообще имеет право манипулировать рынками иены и JGB? 

Я понимаю, что Дональд Трамп не слишком озабочен юридическими формальностями. Как, впрочем, и любой президент США до него. Но иногда эти надоедливые сдержки и противовесы все же создают препятствия для реализации президентских полномочий. Поэтому давайте разберемся, существуют ли правовые рамки, которые допускают подобное поведение.

Бессент может вмешиваться в валютные рынки для поддержания стоимости доллара так, как сочтет нужным, используя Фонд стабилизации обменного курса (Exchange Stabilization Fund). 

Министерство финансов привлекает в свою схему ФРБ Нью-Йорка, поскольку он регулирует крупнейшие финансовые институты, базирующиеся в этом штате. Участие монетарного регулятора в этой авантюре необходимо, потому что Минфин не может просто печатать деньги, но ФРС — может.

Следующий вопрос — какие активы ФРБ Нью-Йорка может покупать за иену? Регулятору разрешено приобретать государственные долговые обязательства. Владение госдолгом правительства в валюте, которую оно может печатать по своему усмотрению, не несет кредитного риска. Именно на этой логике строится утверждение о высоком рейтинге JGB как актива.

Итак, у Федрезерва и Минфина есть юридическое прикрытие. Теперь нам нужно найти доказательства, подтверждающие существование этих манипуляций с иеной и JGB.

Первым указателем, подтверждающим мою теорию, стало объявление в прошлую пятницу о том, что ФРБ Нью-Йорка запрашивал котировки у нескольких дилеров с Уолл-стрит. ФРС сознательно и публично просигнализировала о своих намерениях, чтобы рынок начал действовать на опережение потенциального будущего вмешательства.

В пятницу, 23 января 2026 года, Банк Японии оставил ставки без изменений, хотя по всем признакам должен был повысить их для защиты валюты и рынка облигаций. Именно это и запустило разговоры о совместном вмешательстве ФРС и Минфина.

Следующий ориентир — изменения в балансе ФРС, отражаемые в еженедельном отчете H.4.1. Ключевая статья — «Активы, номинированные в иностранной валюте». Подробной разбивки по конкретным активам там не будет, поэтому нам придется делать выводы о присутствии Федрезерва на рынке по динамике цен японских гособлигаций.

Даже если регулятор официально запутает следы относительно структуры своих вложений, я готов поспорить, что The Wall Street Journal получит «утечку» от инсайдера о том, что ФРС активно покупает JGB.

Федеральный резерв подтвердит эти покупки, потому что хочет, чтобы трейдеры инвестировали вместе с ней. Чем больше купят частные инвесторы, тем меньше придется покупать самой институции, особенно если учесть, что подобные схемы создают для регулятора значительный валютный и процентный риск.

Теперь мы понимаем юридическую схему, которая позволяет проводить манипуляции, и знаем, где искать признаки их существования. Остается главный вопрос — какое влияние эта политика окажет на цены ключевых финансовых активов и иностранные валюты?

Манипуляции ФРС на рынках иены и японских гособлигаций решают сразу несколько финансовых проблем администрации Трампа.

Укрепление иены

Сильная иена повысит экспортную конкурентоспособность США.

Снижение доходностей JGB

Более низкие доходности JGB снизят стимулы для Японии продавать казначейские облигации США. А премьер-министр Японии Санаэ Такаити сможет запустить масштабную программу стимулирования, профинансированную за счет увеличения выпуска облигаций, чтобы успокоить граждан. 

Рост долларовой ликвидности

Федрезерв сможет расширить свой баланс и при этом спокойно заявить, что это не количественное смягчение. Цены активов вырастут, а богатые американские политические доноры останутся довольны.

Укрепление евро

Трамп и его окружение не испытывают особой любви к ЕС. Но чтобы окончательно подавить Европу, нужен сильный евро, который ослабит экспорт Германии и Франции, передавая больше глобального бизнеса американским компаниям. А по мере того как ФРС будет печатать миллиарды долларов для своей схемы, доллар механически ослабнет к большинству валют, особенно к евро.

Укрепление юаня

Юань будет укрепляться к доллару по тем же причинам, что и евро. Если рост юаня окажется слишком быстрым с точки зрения председателя КНР Си Цзиньпина, Народный банк Китая расширит внутреннее кредитование, чтобы сдержать укрепление валюты. Часть этих средств попадет на рынок американских акций, поскольку государственный и частный секторы Китая входят в число крупнейших держателей американских ценных бумаг.

Единственная проблема заключается в темпах укрепления иены. Оно должно быть постепенным, поскольку слишком быстрый рост приведет к существенным потерям для инвесторов, которые заимствовали иены для покупки других активов на фоне роста волатильности.

Но как насчет крипторынка? Я думаю, что он будет расти вместе с увеличением баланса ФРС. Это может не совпасть с вашим таймфреймом, если вы торгуете с плечом 100x минутные свечи на деривативной площадке, но биткоин и качественные альткоины будут дорожать в фиатном выражении по мере роста объема фиатных денег.

Резкое укрепление иены обычно сигнализирует о переходе рынков в режим сокращения рисков, поскольку трейдеры, финансирующие сделки за счет заимствований в иенах, начинают закрывать свои позиции.

Исторически биткоин снижался по мере укрепления иены к доллару, поэтому я не буду увеличивать свои рисковые позиции до тех пор, пока не пойму, что ФРС действительно печатает деньги для вмешательства в рынки иены и JGB. Если статья баланса регулятор «Активы, номинированные в иностранной валюте» вырастет, значит, пришло время покупать первую криптовалюту.

Я также закрыл лонги по Strategy и Metaplanet до начала движения иены. Я вновь вернусь в эти кредитные прокси на биткоин, если моя гипотеза подтвердится.

Пока я жду, Maelstrom продолжает увеличивать позицию в Zcash. Остальные наши позиции в качественных DeFi-токенах остаются без изменений. Но опять же — если ФРС действительно расширяет баланс, манипулируя рынками иены и JGB, мы увеличим нашу экспозицию.